Правила созданы, чтобы их нарушать. Или хотя бы слегка обойти. Гелена Кристиensen выбрала первое. На самом деле — второе. Она прошла по красной дорожке на 79-м Каннском кинофестивале на премьере фильма Amarga Navidad, словно призрак из более темного и холодного прошлого.
Платье было от Roberto Cavalli. Черное. Рваное. Технически это можно было считать прозрачным нарядом. Оно вопило готической романтикой без малейших извинений.
В прошлом году запретили показывать кожу. В частности, грудь. А в этом? Кристиensen не услышала.
В прошлом сезоне Каннские правила строго запретили показывать соски. Строгий указ, направленный на соблюдение скромности в высокой моде. Гелене это было не нужно. Как и никому, кто смотрел. Она не была единственной, кто нарушил запрет. Многие другие присоединились к бунту против тряпок, покрывающих тело.
Но это соответствует её стилю. Кристиensen годами проповедует телесную позитивность. Она носит свои изгибы как броню.
«Изгибы должны быть показаны, когда ты этого хочешь», — сказала она Harper’s Bazaar.
Это мощное предложение. Простое. Истинное. Она верит, что одежда существует, чтобы подчеркнуть каждую красивую дугу женского тела. А не прятать их. Не приручать. Ей нравятся вещи с острыми углами. Геометрические линии. Темно-романтические предметы. Та мода, которая смотрит в ответ.
Кто заботится о том, что продюсеры фестиваля написали в меморандуме? Стиль — это не регламент. Это декларация.
Возможно, в следующем году свод правил просто будет использован для разведения костра. 🔥
